Как купаются с борта: платформа, трап и та самая глубина под ногами

Первое, что чувствует человек, прыгнувший с борта в открытом море, — не холод. Это ощущение, что под ногами ничего нет.

С пляжа мы заходим постепенно: по колено, по пояс, дно видно. С судна дно не видно вообще, потому что до него метров тридцать-сорок. У Имеретинского мыса, например, глубина 20 метров начинается уже в восьмидесяти метрах от пляжа — съёмка рельефа даёт именно такую цифру. У Морского порта Сочи шельф пологий, там до бровки около десяти километров, но и в точках купания под килем всё равно десятки метров.

Это нормально и совершенно безопасно. Но знать об этом лучше заранее, чем узнать в момент прыжка.

Где вообще купаются

Не у пляжа. Зоны купания вдоль берега огорожены буями, и судну там делать нечего — заходить в них запрещено, и правильно.

Точку выбирает капитан, и критериев у него больше, чем кажется со стороны: чтобы не сносило вдоль борта течением, чтобы не было волны от проходящих судов, чтобы не оказаться на чужом якоре и не встать в фарватере. Обычно это в паре сотен метров от берега или мористее — там, где вода уже чистая и прозрачная.

Отсюда, кстати, ответ на частый вопрос, почему нельзя «просто подойти к пляжу и высадить нас там». Причин несколько, и они разобраны отдельно.

Платформа и трап — разные вещи

Купальная платформа упоминается в карточках у двух десятков бортов. Это ровная площадка на транце у самой воды: с неё удобно спуститься, на неё же удобно вылезти и посидеть, свесив ноги.

Но главное не платформа, а трап — лесенка, уходящая под воду. И вот почему.

Забраться на судно из воды без трапа взрослому человеку почти невозможно. Борт скользкий, хвататься не за что, подтянуться на мокрых руках получается у единиц. Вылезти по трапу — три секунды. Разница между этими двумя ситуациями исчерпывающая.

Отсюда правило, которое нарушают чаще всего: сначала опустить трап, потом прыгать. Не наоборот. Опускается он с борта, из воды его достать нельзя.

На катамаранах устроено удобнее всего: между корпусами платформа шире и ниже, а трап короче. Поэтому с детьми и с теми, кто плавает неуверенно, катамаран действительно комфортнее — и это не единственное его отличие.

Что идёт не так

Четыре ситуации, которые повторяются из сезона в сезон.

Судно уносит. В дрейфе лодку сносит ветром и течением, а вы плывёте своим курсом. Метров сорок расстояния набегает незаметно, а возвращаться приходится против ветра — и это внезапно тяжело. Правило простое: не уплывать за корму дальше, чем на несколько метров, и держать судно в поле зрения.

Прыжок в неизвестное. Прыгать с флайбриджа, с крыши, с носа — плохая идея. Не из-за глубины, а из-за того, что под водой у борта есть выступающие части, а вход в воду с высоты на неудачном угле — это травма спины.

Третья ситуация — заход с кормы, когда двигатель не заглушён; на стоянке такое бывает чаще, чем кажется. Поэтому в воду заходят с той стороны, которую покажет капитан, а перед спуском людей мотор именно глушат: почему нейтраль тут не считается — разобрано отдельно.

Четвёртая — медузы. Августовская вода иногда полна корнеротов, и встреча с ними портит впечатление, хотя опасности для жизни нет. Кто из них действительно жжётся — разобрано отдельно.

Вода в море бывает холоднее, чем у пляжа

Ещё одна вещь, которая удивляет: температура воды в паре сотен метров от берега может отличаться от пляжной, и не в лучшую сторону.

У пляжа мелко, вода прогревается быстрее. Мористее толща больше, перемешивание сильнее — и разница в пару градусов ощущается сразу. Плюс у нашего берега случается апвеллинг: подъём холодной воды с глубины при определённом ветре. По данным наблюдений за тридцать лет, резкие падения температуры на 4–9 градусов — примерно 5 % случаев, и приходятся они в основном на июнь.

Так что «на пляже было двадцать шесть» не гарантирует двадцати шести за буями. Как это устроено и когда бывает — в отдельном материале.

Кстати, о палубе: покрытие под ногами после купания становится скользким независимо от того, тик это или синтетика.

Дети

Отдельный разговор, потому что тут ошибаются взрослые.

Ребёнок в воде у борта должен быть в жилете — независимо от того, как хорошо он плавает в бассейне. Море не бассейн: тут нет бортика, до которого можно доплыть, а расстояние на воде оценивается неверно даже взрослыми.

Второе: рядом с ребёнком в воде должен быть взрослый. Не на борту, а в воде. С палубы среагировать быстро физически не получится.

Третье, менее очевидное: детям обычно холоднее. Даже в двадцатипятиградусной воде ребёнок замерзает быстрее взрослого, и купание в двадцать минут для него превращается в переохлаждение. Признак — губы и трясущиеся плечи; выход из ситуации — сухое полотенце и что-то тёплое.

И ещё одно, чего обычно не замечают: почти всегда судно во время купания стоит не на якоре, а в дрейфе. Почему так и когда якорь всё-таки отдают — разобрано отдельно.

После воды

Соль на коже к концу выхода стягивает и чешется — особенно на солнце. На части бортов есть душ на палубе: лейка с пресной водой у транца, из которой можно смыть соль сразу. Вещь недооценённая при выборе борта, хотя стоит того.

Если такого душа нет, полезно взять с собой бутылку пресной воды — просто чтобы ополоснуть лицо и руки.

И последнее: полотенца есть далеко не на каждом борту — в карточках они упомянуты у единиц. Проще привезти своё, чем рассчитывать.

А вообще главное в купании с борта — это первые тридцать секунд. Пока не привыкнешь к тому, что под тобой сорок метров воды, плывётся напряжённо; потом отпускает, и оказывается, что это лучшая часть выхода.

И ещё одно правило воды у камней и отмелей: кого в море не трогают руками — дракончик, скорпена и скат.