Почему аварийный буй КОСПАС-САРСАТ прогулочному катеру не положен по норме

«А у вас есть эта штука, которая сама на спутник сигнал шлёт, если что? Оранжевая такая, я в кино видел». Спрашивают обычно на отходе, когда понтон ещё за кормой и разговор идёт ни о чём.

Нет. И по норме не положено — не «можно обойтись», а прямым текстом «не требуется». В приложении № 5 к техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности маломерных судов» (это ТР ТС 026/2012) таблица из двенадцати строк, и одиннадцатая называется «Радиобуй КОСПАС-САРСАТ (EPIRB)». Колонок пять, по категориям сложности района плавания. В трёх слева стоит «Не требуется». В двух справа — «1 комплект». Прогулочный катер, который через два часа вернётся к тому же понтону, живёт в самой левой.

Одиннадцатая строка и граница на сотне миль

Называется таблица длинно: «Нормы снабжения спасательными и сигнальными средствами маломерных судов морских районов плавания». Меряют в ней милями, причём отсчёт у четвёртой категории ведётся от базы-стоянки и упирается в двенадцать, а у остальных — от места-убежища: «до 50», «до 100», «до 200» и «более 200».

Строка про буй устроена в два куска. «Не требуется» накрывает четвёртую, третью и вторую категории. «1 комплект» — первую и нулевую.

То есть порог стоит не там, куда его обычно двигают на глаз. Буй появляется на борту не у единственной высшей категории, а у двух верхних сразу, и переключается норма на отметке в сто миль от убежища: пока судну разрешено не больше сотни — клетка пустая, как только больше — комплект обязан быть.

Сто миль вдоль берега от наших причалов — это уже район Геленджика. Прогулка в такие места не ходит по определению: это переход, а не выход.

Отдельно любопытно, где эта строка стоит. Всё судовое радиохозяйство перечислено этажом раньше — в приложении № 4, «Перечень радиооборудования маломерных судов». Там две колонки оборудования, «УКВ» и «ПВ/КВ/спутниковый радиотелефон», и буя нет ни в одной; радиолокатору там досталась приписка под таблицей, а эхолот не упомянут вовсе. Регламент, стало быть, считает буй не связью. Он стоит в одной таблице со спасательными кругами, фальшфейерами и теплозащитными средствами — среди того, что достают, когда всё уже пошло не так.

Что за прибор стоит в этой клетке

Систему задумали в 1979 году четыре страны сразу — СССР, США, Канада и Франция; предварительное соглашение подписали в Гамбурге 27 апреля. Имя склеено из двух аббревиатур: КОСПАС — «Космическая система поиска аварийных судов», SARSAT — Search and Rescue Satellite-Aided Tracking.

Первый спутник, «Космос-1383», ушёл с Плесецка 30 июня 1982 года на орбиту около тысячи километров. Работать система начала раньше, чем её успели доделать: 9 сентября того же года в горах Британской Колумбии разбилась «Цессна», средства связи разбило, в эфир ушёл только аварийный маяк, самолёт-поисковик его не нашёл — а сигнал, ретранслированный «Космосом-1383», приняла наземная станция под Оттавой. Наутро троих вытащили.

Сейчас в системе около 65 спутников, рабочая частота одна — 406 МГц, оповещения уходят более чем в двести стран и территорий, и владельцу буя это не стоит ничего. С сентября 1982 года по декабрь 2023-го помощь пришла не меньше чем к 63 745 людям в 19 883 операциях. Цифра занижена, и секретариат программы об этом честно предупреждает: в статистику попадают только те случаи, по которым спасатели прислали отчёт обратно.

Буёв три вида. Авиационный ELT, морской EPIRB и личный PLB, который носят на себе. В нашей строке — второй.

Главное его свойство не в спутниках. Буй молчит, пока его не включили; часть морских моделей включается сама, от контакта с водой. Он ничего не спрашивает и не отвечает — повторяет в эфир свой заводской номер и координаты, а дальше сигнал идёт по цепочке из наземной станции в центр управления и оттуда в спасательный координационный центр. Разговаривать с ним нельзя, отменить тревогу голосом — тоже.

Международная морская организация требует такой буй на судах, подпадающих под конвенцию СОЛАС, на промысловых рыболовных и на всех пассажирских судах в международных водах. Прогулочный катер на одиннадцать гостей в полутора милях от набережной не относится ни к одной из трёх категорий.

Прогулочный катер живёт в самой левой колонке

Четвёртая категория — «до 12», от базы-стоянки. Не от берега и не от убежища, а от того понтона, с которого судно ушло утром.

Выход из Имеретинского порта или от Морского порта Сочи держит борт в полутора-трёх милях мористее. За двухчасовую прогулку от стоянки не отходят и на десяток миль: разворот на купание, обратный курс, и вот уже видно свой причал. До нижней границы таблицы расстояние такое, что говорить о ней всерьёз неловко.

Спорить о самой цифре смысла нет: у четвёртой категории в разных приложениях регламента она слегка гуляет, и на ответ это не влияет — буй не требуется ни при двенадцати милях, ни при двадцати, ни при пятидесяти. Как устроена вся шкала и почему ноль в ней старше единицы, мы разбирали отдельно; там же про то, почему прогулочный флот закономерно сидит в её прибрежном конце.

Проверить категорию конкретной лодки по каталогу нельзя: в карточке борта её нет. Запись живёт в судовом билете, рядом с предельной высотой волны, и выписывают её судну поимённо при освидетельствовании. Спросить перед выходом можно, вопрос нормальный.

Коробочка с антенной, которую путают с буем

Вот здесь путаница возникает чаще всего, и она объяснимая: оба устройства выглядят как белая коробка с антенной, и оба «сами передают координаты».

На части бортов действительно стоят технические средства контроля — те самые, которые в Правилах пограничного режима (приказ ФСБ России от 7 августа 2017 года № 454) описаны так: обеспечивают «постоянную автоматическую некорректируемую передачу информации о местоположении маломерных судов (средств) в государственные системы мониторинга не реже одного раза в 2 часа в период плавания».

Слово «некорректируемую» тут ключевое. Прибор нужен затем, чтобы судоводитель не мог подправить свою отметку, а координаты по тридцать второму пункту тех же Правил уходят не спасателям, а пограничникам — через Центр системы мониторинга рыболовства и связи или другой такой же центр. Это про контроль, а не про помощь.

Взамен борт получает две поблажки: уведомление о выходе подаётся за час вместо двух, и появляется право находиться в море в любое время суток, а не только от восхода до захода. Обязательным этот прибор тоже не сделали — без него можно ходить, просто днём и предупреждая раньше.

Разница с буем получается почти зеркальная. Трекер говорит всегда и о штатном; буй молчит до аварии и обращается к тем, кто выйдет искать. Первый отчитывается государству, второй зовёт людей. Одинаковые с виду коробки решают разные задачи, и ни одна из них не заменяет другую.

Чем зовут на помощь в двух милях от берега

Список короткий, и он весь в тех же двух приложениях.

УКВ-радиостанция. По таблице приложения № 4 она стоит с плюсом у всех морских категорий, от нулевой до четвёртой, — единственный прибор связи, который спрашивают со всех без исключения.

Пиротехника. По седьмой строке таблицы снабжения четвёртой категории положены три красные парашютные ракеты, а белых — ноль. По десятой — фальшфейеры, по четыре белых и четыре красных. Дымовых шашек прибрежному борту не предписано вовсе. Сигнальное хозяйство здесь целиком видимое: его должен заметить глаз, а не приёмник.

Дальше идёт то, что держит человека на воде: круги (два при количестве людей на борту до восьми, три — до двенадцати), линь не короче двадцати метров, жилет на каждого, теплозащитное средство тоже на каждого. Что из снабжения обязано быть на борту целиком, у нас собрано отдельным списком.

И есть пункт, который не лежит в рундуке. Погранслужба знает о выходе заранее — с кем, куда, до какого часа и когда борт вернётся. Если судно не пришло в заявленное время, об этом становится известно без всякого спутника.

В июле эти две-три мили пустыми не бывают. Борта уходят от Имеретинки и от Морвокзала один за другим, в поле зрения всегда есть кто-то ещё, а с траверза на тебя смотрит набитый людьми пляж. Оранжевая коробка из кино устроена ровно под обратную картинку: вода, где вокруг на сотни миль никого, и единственный, кто способен услышать, идёт по орбите в тысяче километров над головой. У сочинского берега в середине лета первым услышит сосед по понтону, который и так в полумиле справа.