Морская черепаха в Чёрном море: кто сюда заходит и почему не остаётся

В начале апреля 2022 года на пляже под Анапой, у Джемете, лежала черепаха. Панцирь — 110 сантиметров, вес около центнера. Сначала решили, что мёртвая; потом выяснилось, что живая, просто почти не шевелится. Приехали специалисты заповедника «Утриш» и определили вид: логгерхед, он же каретта, Caretta caretta. Морская черепаха. В Чёрном море.

Её отвезли в Супсех, в частный центр передержки, грели в бассейне, вводили глюкозу и физраствор, возили в городскую больницу на компьютерную томографию — рентген панцирь такой плотности не берёт. Вечером 10 апреля она умерла. То, что записали ещё на берегу, так и осталось диагнозом: переохлаждение и истощение.

Здесь, собственно, и лежит весь ответ на пляжный вопрос про черепах. Они сюда попадают. Жить они здесь не могут.

Все находки помещаются в короткий список

За последние шестьдесят с лишним лет известных встреч — буквально несколько строк.

Керченский пролив, начало шестидесятых: единственная за десятилетия находка логгерхеда, дальше тишина. Май 2010-го, окрестности Очамчиры в Абхазии — на берегу нашли частично разложившийся труп морской черепахи с панцирем около 60 сантиметров, и это была даже не каретта, а зелёная черепаха Chelonia mydas, другой вид. Апрель 2012-го, посёлок Южная Озереевка под Новороссийском: мёртвую каретту заметил местный дайвер Максим Клетный, и специалисты назвали её второй известной находкой вида за полвека. Джарылгачский залив на северо-западе моря — живая черепаха, самая северная встреча логгерхеда в Чёрном море за всю историю наблюдений; работу о ней опубликовали в 2021 году, а предыдущая находка в тех водах датировалась 1962-м. И Джемете.

Про сочинский берег скажу честно: подтверждённых находок морской черепахи здесь я не нашёл ни одной. Ближайшая к нам из документированных — абхазская, и той больше пятнадцати лет.

Солёность её не останавливает

У Чёрного моря репутация фильтра, и заслуженная. Морских ежей и настоящих звёзд оно не пустило — про это у нас есть отдельный разбор: иглокожим нужна полноценная океанская вода около 35 промилле, а здесь у поверхности восемнадцать. Головоногих по той же причине нет ни одного вида: ни осьминога, ни кальмара, ни каракатицы.

С черепахой этот механизм не срабатывает. Она рептилия, и море для неё снаружи, а не внутри. За глазами у морской черепахи сидят солевые железы — переделанные слёзные: они выбрасывают наружу рассол вдвое солонее морской воды. На каждый проглоченный литр моря приходится около полулитра таких слёз, и по пресной воде черепаха после этого остаётся в плюсе. Отсюда, кстати, и знаменитые «слёзы» самки на кладке — это работа железы, а не переживания.

Так что версия «черепаха не выносит нашей полусолёной воды» красивая, но неверная. Разбавленное море ей, если уж на то пошло, чуть легче океанского.

Её останавливает февраль

Стена стоит в другом месте и не летом.

Черепаха холоднокровная, и у неё есть порог, ниже которого организм просто выключается. У этого состояния есть отдельное название — холодовое оцепенение: примерно с десяти градусов животное перестаёт двигаться и переваривать пищу, массовые случаи фиксируют при 8–10, а ниже пяти начинается гибель. Черепаха при этом не тонет сразу: она дрейфует, слабеет и в итоге оказывается на берегу. Ровно то, что описали у Джемете.

Теперь сочинская зима. Самая холодная вода года приходится у нас на февраль и начало марта, и многолетние ряды дают в среднем около +9 — эта же вода потом лежит под летним морем круглый год, на глубине пятидесяти-ста метров. Плюс девять попадает ровнёхонько в тот диапазон, при котором у берегов США черепах десятками выносит на пляжи в холодные месяцы.

Летом всё иначе — в июле у поверхности +26, и каретте тут было бы прекрасно. Беда в том, что зима случается каждый год.

И пляжа для кладки тоже нет

Допустим даже, что зимы бы не было. Популяция — это не выжившие одиночки, а размножение, а кладка у морской черепахи привязана к берегу жёстче, чем что-либо ещё в её жизни.

Нужен песок. Самка выходит ночью, роет яму, откладывает от восьмидесяти до ста двадцати с лишним яиц и уходит; за сезон таких кладок бывает четыре-пять. Дальше работает песок: инкубация тянется от полутора до двух с лишним месяцев, и от температуры зависит даже пол вылупившихся — около 29 градусов даёт примерно поровну самцов и самок, теплее — самок, холоднее — самцов. И возвращаются самки, по данным исследований, на те же пляжи, где вылупились сами.

Теперь посмотрите на сочинский берег. Он галечный и во многом рукотворный: широких природных пляжей в центре города нет с тридцатых годов, гальку удерживают бетонные буны. Тёмная тихая полоса тёплого песка на два месяца — это вообще не про нашу набережную.

Ирония в том, что под Анапой песок как раз есть: Джемете — один из немногих по-настоящему песчаных участков всего побережья. Только черепаху вынесло туда в апреле и полумёртвой.

Ближайшие настоящие пляжи гнездования лежат на средиземноморском берегу Турции — Белек под Анталией, Изтузу в Дальяне, Анамур. Белек считается вторым по величине местом гнездования логгерхеда во всём Средиземноморье после греческого Закинфа, в Изтузу насчитывают порядка трёхсот гнёзд за сезон. Дорога отсюда туда идёт через всё Чёрное море, Босфор, Мраморное море, Дарданеллы, Эгейское море и дальше вдоль южного турецкого берега.

Дверь в наше море одна

Другого пути, кроме проливов, у черепахи нет — это та же дверь, через которую в Чёрное море попадает вообще всё средиземноморское. Учёные, разбиравшие анапский случай, считают, что каретту занесло сюда штормовым течением из Средиземного моря; побег из неволи полностью не исключали, но держали как запасную версию.

Любопытнее другое. За последнее десятилетие каретту в Мраморном и Чёрном море стали видеть заметно чаще, и специалисты связывают это с потеплением, осторожно говоря о возможном расширении ареала. Масштаб потепления при этом скромный: у берегов Абхазии с 1992 по 2013 год вода прибавила 0,8 градуса. Для постоянной жизни вида этого не хватает даже близко.

Правильная формулировка на сегодня примерно такая: заходы участились, заселения нет.

Что это значит для выхода в море

Скажу прямо, чтобы не создавать ожиданий: рассчитывать на встречу с морской черепахой в наших водах не стоит. За полвека — единичные случаи на всё море, и почти все это выброшенные на берег животные, а не встречи на воде. Ни один капитан здесь черепаху с ходового мостика не показывает, и обещать такое было бы враньём.

С палубы у нас видно другое: дельфинов, чаек и бакланов, стаи ставриды у поверхности, медуз ближе к концу лета. Маршруты и борта — в каталоге; черепахи в списке того, что можно увидеть, нет и, судя по всему, не появится.

Зато у этого берега когда-то жил крупный морской зверь, которого можно было встретить не с борта, а просто идя по камням, — тюлень-монах. Его история закончилась в девяностых, и это, в отличие от черепашьей, история не про гостя, а про жильца.

Коротко

• Морские черепахи в Чёрном море бывают. Известные находки: Керченский пролив (начало 1960-х), Абхазия (2010), Новороссийск (2012), Джарылгачский залив (описан в 2021-м), Анапа (2022).
• Почти все они — мёртвые или умирающие животные. Каретту весом около центнера, найденную под Анапой в апреле 2022-го, спасти не удалось: переохлаждение и истощение.
• Солёность черепахе не помеха: солевые железы за глазами выводят рассол вдвое солонее моря, и полусолёная вода ей даже проще океанской.
• Помеха — зима. Около +9 в феврале у сочинского берега попадает в диапазон, при котором наступает холодовое оцепенение.
• Вторая помеха — берег. Для кладки нужен тёплый песок на полтора-два месяца; ближайшие пляжи гнездования — на средиземноморском побережье Турции.
• У самого сочинского берега подтверждённых находок морской черепахи нет.

Другие разборы про обитателей этого моря — в журнале.