Бора до Сочи не доходит: где кончается самый злой ветер Чёрного моря

В Новороссийске бора бывает 46–48 суток в году, и в половине этих дней ветер разгоняется до 20 метров в секунду и выше. Это данные справочника по гидрометеорологии Чёрного моря, а не страшилка из ленты.

У нас ветер 11–15 м/с — это полпроцента всех наблюдений за год по метеостанции Сочи. Шестнадцать и выше — статистический ноль, ровно 0,0 % в летние месяцы.

Разница не в удаче. Она в геометрии берега, и объясняется одной цифрой — высотой хребта.

Что такое бора и откуда она берётся

Определение метеословаря Гидрометцентра: холодный порывистый местный ветер, который возникает, когда поток холодного воздуха преодолевает на своём пути возвышенность. Ключевое слово там дальше: «затрагивает, как правило, небольшие районы, где невысокие горы непосредственно граничат с морем».

Механика простая до обидного. С северо-востока, со стороны степей, накапливается холодный тяжёлый воздух. Ему нужно куда-то деваться. Если между ним и тёплым морем стоит невысокий хребет, воздух переваливает через гребень и обрушивается вниз — уже разогнавшись под собственным весом.

Над Новороссийском такой перевал есть: Маркотхский хребет — около 90 километров длиной и до 700 метров высотой. На перевале рядом с городом при боре фиксировали до 60 м/с. Продолжается всё это от суток до недели.

Тысяча метров — и ветер выключается

Дальше начинается самое интересное, и это не про Сочи, а про рельеф вообще.

Главный Кавказский хребет растёт с северо-запада на юго-восток. У Анапы горы — 100–200 метров. В бассейнах рек Аше и Псезуапсе — уже 1000–1500. В бассейнах Сочи и Мзымты — больше 2500, а местами до трёх тысяч.

Формулировка сочинских метеорологов звучит почти инженерно: после достижения тысячеметровой высоты хребет становится надёжным экраном, который не пускает континентальный холодный воздух с северо-восточной стороны.

Ту же тысячу метров независимо называют исследователи, разбиравшие аномальные боры по спутниковым снимкам: горы, высота которых после Туапсе превышает 1000 метров, препятствуют развитию бор.

Отсюда и география, зафиксированная в справочниках: бора наблюдается на участке от Анапы до Туапсе, южнее Туапсе — не прослеживается.

Оговорка, без которой было бы враньё

В экстремальные годы след боры добирается дальше, чем говорит правило. Спутниковые наблюдения зафиксировали случаи, когда она доставала до Головинки и Лазаревского — то есть до северо-западной окраины Большого Сочи.

Так что честная формулировка такая: до центра Сочи и до Адлера бора не доходит, в аномальных случаях задевает Лазаревский район. А между Лазаревским и Имеретинкой — почти сотня километров берега, и хребет на этом отрезке вырастает примерно с полутора километров до двух с половиной.

В море она тоже кончается быстро

Есть вторая особенность боры, о которой на берегу не догадываются: скорость ветра резко падает по мере удаления от берега. Уже в пяти милях от него бора почти не ощущается — остаётся, по сути, только волнение, которое она успела развести.

Старые справочники дают ещё жёстче: в глубь моря бора не распространяется дальше 10 километров.

Спутниковые данные добавляют нюанс, и его стоит держать в голове рядом с предыдущими цифрами. По снимкам 2012 года борой была охвачена акватория шириной от 25 километров в районе Новороссийска до 68 километров в районе Туапсе, а отдельные ветровые струи прослеживались на 350–370 километров. Речь о разном: одно дело — где стоять невозможно, другое — где спутник видит след на поверхности воды.

Что у нас вместо боры

Это не значит, что у сочинского берега не бывает погоды. Бывает, просто другой.

Наш штормовой сезон — не летний. По данным наблюдений, волны высотой от 1,1 метра приходятся на август в 2,2 % случаев, на июль — в 3,1 %, а на декабрь уже в 17,1 %. От конца лета к зиме риск растёт примерно в восемь раз.

И приходит эта погода не с гор, а с моря. По справочным данным, кавказский участок побережья набирает за год меньше двухсот часов сильного ветра — меньше, чем любой другой район Чёрного моря; в северо-западной его части выходит больше тысячи часов, то есть в пять раз больше.

При этом критерий опасного явления, при котором объявляют штормовое предупреждение по Сочи, — ветер с порывами от 30 м/с или волна не ниже 4 метров. Это пороги катастрофы для судоходства целиком, а не граница «можно или нельзя выйти на прогулку». Прогулочный катер упирается в свой предел куда раньше: у каждого маломерного судна допустимая высота волны записана в судовом билете, и у части бортов это 1,2–2,0 метра.

Поэтому отсутствие штормового предупреждения ничего не разрешает. Оно просто означает, что до катастрофы далеко.

Если коротко — по местам

Новороссийск и Геленджик — бора, десятки дней в году, ветер за 20 м/с.

Туапсе — южная граница явления.

Лазаревское и Головинка — редкие аномальные случаи.

Центр Сочи, Хоста, Адлер, Сириус — вне зоны. Здесь работает другая механика: бризы, у которых суточное расписание, и осенне-зимние ветра с моря.

Кстати, о том, почему при абсолютно одинаковом прогнозе один выход состоится, а другой отменят: цифры в прогнозе относятся к разным шкалам, и «четыре балла» — это два разных ветра, смотря чего четыре. Про это отдельно — как читать морской прогноз.

Ещё один горный привет в небе — линзовидные облака над хребтом: их неподвижность обманчива.