Почему укачивает на яхте и что помогает от морской болезни лучше таблетки

«Что выпить, чтобы не укачало?» У трапа это спрашивают чаще, чем про спасжилеты. Ответ обычно разочаровывает: таблетка здесь запасной игрок. Морская болезнь начинается, когда внутреннее ухо чувствует качку, а глаза её не видят, и мозг не может свести два донесения в одно. Поэтому сильнее аптечного средства работает то, что выбираешь сам: где стоишь на палубе, куда смотришь, на каком борту и в котором часу выходишь. Таблетка лучше всего работает, если принята заранее, и помогает далеко не любая. Противоаллергические средства нового поколения, те, что не вызывают сонливости, от качки бесполезны.

Да и бедствие это реже, чем принято думать. Британские исследователи Лотер и Гриффин опросили 20 029 пассажиров морских паромов на 114 рейсах (итог вышел в 1988 году). Рвота случилась у 7 %. Ещё 21 % чувствовали себя «слегка нехорошо», и лишь 4 % ответили «совершенно ужасно».

Ухо говорит «качает», глаза говорят «стоим»

Жалоба старая. «Плавание по морю доказывает, что движение расстраивает тело», — записал Гиппократ. А европейское слово nausea, тошнота, выросло из греческого naus — корабль.

Вестибулярный аппарат сообщает мозгу, что тело поднимается, падает и кренится. Глаза в это время видят переборку каюты, стол, экран телефона, и всё это неподвижно, потому что движется вместе с вами. Мозг сверяет оба сигнала с ожиданием, не находит совпадения и включает тошноту.

Самое убедительное доказательство добыли зимой 1964 года в Северной Атлантике. Исследователи школы авиационной медицины ВМС США (Роберт Кеннеди, Эштон Грейбил и коллеги) посадили на маленькое судно «Микелон», узкое и без успокоителей качки, двадцать здоровых мужчин и десять человек, у которых вестибулярный аппарат не работал с обеих сторон. Обратный рейс пришёлся на жестокий шторм. Из двадцати здоровых рвало пятнадцать. У десяти остальных типичных признаков морской болезни не было ни у одного, хотя кое-кому было откровенно страшно.

И оговорка, чтобы не путать. Бывает, что качает уже на берегу, вечером после прогулки. Это совсем другое явление со своей механикой, к тошноте на воде оно почти не относится.

Шесть секунд между подъёмами

В 1973 году в Калифорнии проверили, какой ритм хуже всего. Группы по двадцать и больше мужчин сажали на платформу, которая ходила вверх-вниз, на два часа или до первой рвоты. Частоту меняли от пяти до тридцати подъёмов в минуту. Больше всего людей сдалось при десяти: один цикл за шесть секунд. И при любом ритме чем резче разгон, тем больше больных.

Теперь посмотрите на наше море. Ветровая волна у Сочи короткая, гребни приходят раз в три-пять секунд. Это недалеко от тяжёлого ритма из лаборатории, и лёгкая лодка отрабатывает каждый гребень. Отсюда знакомый парадокс: человек, спокойно переживший круиз на лайнере, зеленеет на двухбалльной черноморской ряби.

Высота волны сама по себе мало что говорит. Во второй работе 1988 года Лотер и Гриффин сопоставили опросы с датчиками на судах: число страдающих росло вместе с вертикальным ускорением, которое доходило до пассажира. А оно зависит от лодки не меньше, чем от моря. И от дня: после шторма на длинной зыби судно поднимает и опускает даже в полный штиль.

Два корпуса, парус и утренний час

Раз главный враг вертикальная и бортовая качка, борт выбирают под неё. У катамарана два корпуса разнесены широко, и с борта на борт его почти не валяет. У нас таких бортов шесть, от восьми до двенадцати метров, и для первого выхода с «капризным» вестибулярным аппаратом это самый спокойный вариант.

Парусная яхта кренится под ветром, зато держит крен ровно, и киль гасит резкие рывки. Катер на глиссировании прыгает с гребня на гребень, на встречной волне это тяжелее всего. И длина: на одной волне восемнадцатиметровая яхта и восьмиметровый катер дают два разных дня.

Час выхода важен не меньше. Утром море у сочинского берега обычно глаже: ночной ветер с гор стих, дневной с моря ещё не набрал силу. Осенью запас сужается: по наблюдениям сочинской станции волна от 1,1 метра бывает в августе в 2,2 % случаев, в октябре уже в 6 %. Знаете за собой слабость к качке — начните с часа-полутора и скажите об этом при брони. Капитану проще сразу выбрать маршрут вдоль берега, чем разворачиваться с полпути.

Кого море берёт первым

Детей до двух лет качка почти не трогает. Потом чувствительность растёт, пик приходится на семь-двенадцать лет, а дальше с годами идёт вниз.

Женщин укачивает чаще, это видно и по опросу паромов, и по сводке врачей, хотя разница меньше возрастной. Чаще страдают люди с мигренью. Многое достаётся по наследству: по исследованиям близнецов, гены объясняют от 55 до 70 % различий между людьми. Так что «всех в нашей семье тошнит в машине» — не мнительность.

Остальное зависит от вас. Недосып усиливает укачивание. Алкоголь тоже. Никотин, вопреки привычке «перекурить, чтобы полегчало», делает только хуже.

Середина, низ и лицом вперёд

Лодка качается вокруг своей середины, как доска на бревне. Нос ходит сильнее всего, ближе к центру амплитуда минимальна. На флайбридже каждое колебание ещё и усиливается высотой. Место для того, кто боится качки: палуба, середина, пониже, лицом по ходу.

Второе правило — горизонт. Когда глаза видят ту же качку, что чувствует ухо, спорить мозгу не о чем. Смотрите на дальнюю линию воды или на берег, не на пену у борта.

Отсюда запреты. Не читать и не листать ленту, пока лодка на ходу. Поменьше вертеть головой. Не спускаться в каюту без надобности: внизу глаза видят только неподвижные стены. Стоя, держите колени мягкими и дайте телу ходить вместе с палубой.

Израильские исследователи Рольник и Лубов в 1991 году назвали статью вопросом: «Почему водителя редко укачивает?» Испытуемых сажали парами в одно и то же вращение. Один сам управлял поворотами, второй получал те же движения пассивно. У управлявших симптомов было заметно меньше: мозг, который задаёт движение, заранее знает, что будет дальше.

Что умеет таблетка и чего не умеет

Аптечные средства от укачивания работают, но с условиями.

Действуют только препараты, проникающие в мозг: старые антигистаминные (от которых клонит в сон) и холинолитики. Противоаллергические таблетки «без сонливости» сделаны так, чтобы в мозг не попадать, и от качки не помогают.

Принимать их нужно заранее. Когда мутить уже начало, желудок может перестать всасывать, и таблетка рискует просто пролежать в нём. Есть сонливость, сухость во рту, противопоказания. Средство подбирает врач, и пробовать его лучше на берегу, а не впервые в море.

В опросе паромов нашёлся перекос: у принявших таблетку укачивания было больше, а не меньше. Похоже, пьют её как раз те, кого укачивает всегда.

Из безлекарственного у ровного спокойного дыхания есть лабораторные данные: около половины эффекта аптечных средств, без побочных действий. Про имбирь данные слабые и противоречивые. Браслеты с давлением на запястье в лаборатории работали не лучше пустышки (правда, плацебо здесь сильное).

Лучше всего помогает привыкание, но это средство для моряков. Чарльз Дарвин пять лет путешествовал на «Бигле», около полутора из них провёл собственно в море, и морская болезнь мучила его всё это время. В заключении к «Путешествию натуралиста» он предупредил: кто сильно страдает от морской болезни, пусть взвесит это всерьёз, «это не пустячная беда, которая лечится за неделю».

Первые признаки приходят раньше тошноты

Сначала «чувствуешь желудок», становится тепло, человек зевает, потеет, бледнеет, клонит в сон. Тошнота приходит потом. Реагировать надо на зевоту.

Выйдите на открытую палубу, поймайте лицом ветер, найдите горизонт, дышите ровно. Можно прилечь и закрыть глаза: меньше движений головой.

И скажите капитану. Гости стесняются, а у капитана есть инструменты, которых нет у пассажира: сбавить ход, поставить лодку к волне под другим углом, уйти ближе к берегу, где тише. Бронь и вопросы о спокойном маршруте — через мессенджеры, +7 (968) 007-83-07.