Рыба фугу в Чёрном море: какой иглобрюх попал в сеть у Синопа и откуда он взялся

Фугу принято считать японской рыбой, а Чёрное море — слишком пресным для таких гостей: солёность здесь около 18 промилле, вдвое меньше, чем в Средиземном. Но 18 сентября 2024 года у берега Аянджика, в турецкой провинции Синоп, на глубине 17 метров в дрифтерную сеть на пеламиду попал иглобрюх. Самец, 15,6 сантиметра длиной, весом 53 грамма, примерно как куриное яйцо. Турецкие учёные определили его как Lagocephalus spadiceus и в начале 2025 года опубликовали заметку о первой подтверждённой находке этого вида в Чёрном море. Живёт он от Красного моря до Японии, и в японском официальном перечне съедобных фугу этот вид значится.

Иглобрюх Lagocephalus spadiceus в заповеднике Шикмона, Израиль (фото: Sitnik67, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0)

Сеть на пеламиду

Сеть была дрифтерная, ячея 32 миллиметра, и иглобрюх оказался в ней прилововом. Рыбак довёз находку до исследователей. Те определили вид по справочному ключу ФАО, сверили с базой FishBase, штангенциркулем сняли четырнадцать промеров, а пол установили по семенникам. Для зрелости хватило бы и девяти сантиметров: по литературе, вид созревает при такой длине и нерестится дважды в год, так что рыба в 15,6 сантиметра уже взрослая.

Побережье у Аянджика в турецкой провинции Синоп (фото: deut316, Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0)

Меню у него широкое: рыба, моллюски, ракообразные, водоросли. Держится на песчаном и мягком дне, чаще мельче пятидесяти метров, хотя в Средиземном его находили и на двухстах.

Четыре моря с 1869 года

Путь начался с Суэцкого канала, открытого в 1869 году. Рыб, прошедших по нему из Красного моря в Средиземное, называют лессепсовыми мигрантами, по имени строителя канала Фердинанда де Лессепса. Авторы заметки, ссылаясь на работу 1950 года, относят Lagocephalus spadiceus к самым ранним из них. Соль его не останавливала: вид переходил пересоленные Горькие озёра на трассе канала и приживался в опреснённой воде у устья Нила. Пресность Чёрного моря эту рыбу, судя по находке, тоже не остановила.

Большое Горькое озеро на трассе Суэцкого канала, вид с палубы контейнеровоза (фото: Gregor Rom, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0)

В Средиземном море вид разошёлся широко. В заливе Искендерун траулеры за сезоны 2012 и 2013 годов подняли 1116 таких иглобрюхов длиной от 6,7 до 34 сантиметров, а самая старая самка прожила 17 лет и вытянулась до 45,6 сантиметра и 1,3 килограмма. Турецкие учёные пишут, что численность вида в стране быстро растёт.

Дальше лежит Мраморное море, зажатое между Дарданеллами и Босфором. Первую находку в нём описали в 2008 году. Авторы заметки считают Мраморное море коридором, а выход из него в Чёрное идёт через Босфор, тем же проливом, которым пеламида весной заходит в Чёрное море, а осенью большей частью уходит обратно.

В этом море иглобрюх не одинок. Авторы заметки о Синопе ссылаются на работы о голубом крабе (одного такого ещё в 2010 году поймали под Лазаревским), о тёмном окуне из Японского моря и о хеке и описывают процесс как «средиземноморизацию»: Чёрное море теплеет и становится похожим на тёплое, солёное и пёстрое по видам Средиземное. Турецкие зоологи относят к таким пришельцам и рыбу-луну, которую сняли у Ризе в 2016 году.

Фугу по японскому списку

«Фугу» в Японии первым делом значит торафугу, «тигровую фугу» (тора по-японски тигр), то есть иглобрюха Takifugu rubripes. Род у неё другой, семейство общее: иглобрюхих около двухсот видов, и гость из-под Синопа приходится торафугу роднёй примерно так, как лисица волку.

Торафугу Takifugu rubripes в аквариуме города Симоносеки, Япония (фото: Totti, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0)

Минздрав Японии вносит вид, который там зовут сиро-сабафугу, в таблицу фугу, чьи части при правильной обработке не вредят здоровью. Мышцы, кожу и семенники есть можно, печень, яичники и кишечник нет. Рядом с ним нередко попадается двойник Lagocephalus lunaris: у него ядовиты все части, мышцы тоже, а отличить рыб друг от друга непросто. Поэтому ведомство пишет прямо: определять, разделывать и готовить фугу самостоятельно опасно. В стране случается около десяти отравлений в год, иногда со смертельным исходом.

Таблица составлена для японских вод и японских поваров. Измерений яда у рыбы из-под Синопа в заметке нет: авторы упоминают его одной фразой, как риск для всего семейства.

Родственник, который пришёл раньше

Первым иглобрюхом Чёрного моря этот вид не стал. В 2014 году севастопольские ихтиологи описали находку серебристощёкого иглобрюха, Lagocephalus sceleratus, в Севастопольской бухте. Следующая пришла из Турции: в декабре 2017 года местная газета написала о рыбе, которую у берега Тюркели, тоже в провинции Синоп, поймал прибрежный рыбак. Турецкие авторы назвали это второй находкой вида в Чёрном море и не сомневались, что дорога шла через Мраморное, где первого такого иглобрюха достали из сети у Гелиболу в октябре 2008 года. Они призвали Турцию с соседями принять срочные меры, вплоть до уничтожения вида.

Серебристощёкий иглобрюх Lagocephalus sceleratus, Греция (фото: Andre Hosper, Wikimedia Commons, CC BY 4.0)

В Средиземном море этого родственника считают несъедобным: греческая сеть по чужеродным видам пишет, что в нём есть тетродотоксин.

Четыреста пятьдесят километров до Сочи

От места, где сеть подняла иглобрюха, до центра Сочи по прямой около 450 километров, до выхода Босфора в Чёрное море около 470. Сочи в заметке нет, как и российского берега вообще. Авторы осторожны: устоявшейся популяции пока нет, есть одна рыба. Но самец взрослый, и если рядом окажутся особи другого пола, размножение, по оценке авторов, может начаться скоро. Тогда хищник с широким меню способен потеснить местных рыб и задеть рыболовство. Они просят следить за видом постоянно.

Косяк пеламиды Sarda sarda у берегов Тенерифе (фото: charlottekirchner, Wikimedia Commons, CC BY 4.0)

Рыбу достали в сентябре, а вдоль сочинского берега пеламида идёт обратно к Босфору с конца августа до ноября: старые сводки отмечают её косяки именно тогда. Берут её дорожкой с идущего борта; кто ещё клюёт осенью и как проходит такой рыболовный выход, описано отдельно.