Река для рафтинга с машинным залом: как Краснополянская ГЭС почти восемь десятилетий работает на Мзымте

Из Имеретинского порта выходишь, и через пару минут вода за бортом меняет цвет. Была зеленоватая, стала белёсой, с песочным оттенком, а по границе плывёт щепа и пена. Это Мзымта: устье в километре с небольшим от волнолома, и конус её выноса лежит прямо на нашем курсе. Отсюда кажется, что река от гор до моря бежит сама по себе, дикая, с порогами для рафтинга и форелью. А часть этой воды по дороге к морю прошла через турбины. Выше по течению, у посёлка Красная Поляна, на Мзымте с 1949 года стоит гидроэлектростанция — Краснополянская ГЭС. Установленная мощность сегодня 21,6 мегаватта, среднегодовая выработка по справочникам — 166,3 миллиона киловатт-часов. И она старше всех олимпийских объектов долины на шесть с лишним десятилетий.

Про неё вспоминают редко, хотя у станции есть и сорванный первый пуск, и трофейное оборудование, и зимняя ночь, когда она осталась единственным источником тока на весь сочинский энергоузел.

Сначала ГЭС строили на другой реке

В 1936 году начали строить станцию на реке Сочи, мощностью десять мегаватт. Через два года стройку остановили: база гидроэнергетических объектов hydropower.ru пишет сухо — «по причине плохих технико-экономических показателей». Взамен начали изыскания на Мзымте, и их прервала война.

Вернулись к ним сразу после Победы. Курорт всесоюзного значения сидел на привозной энергии: по данным Системного оператора, до пуска станции Сочинский энергорайон снабжали энергопоезд и дизельные установки. И они, как сказано там же, «оказывали негативное влияние на экологию всесоюзного курорта».

Стройка под личным контролем

Строить начали в 1946 году. И Википедия, и отраслевая база сходятся в формулировке: стройка «контролировалась лично И. В. Сталиным и велась ударными темпами». Работали на ней больше двух тысяч человек, среди них немецкие военнопленные. Оборудование тоже частью пришло из Германии — трофейное.

Есть деталь, которую я не ожидал найти в справке про гидротехнику: на стройке работал Талха Гиниятуллин, впоследствии известный башкирский писатель.

Июнь 1949-го: вода в машинном зале

Первый пуск гидроагрегатов назначили на июнь 1949 года. Он не удался. Разорвало правую нитку напорного трубопровода — одну из двух труб, по которым вода падает к турбинам, — и вода затопила машинный зал.

Чтобы понять, что там произошло, надо представить напор. Расчётная высота падения у станции — 110 метров, это давление примерно в одиннадцать атмосфер у нижнего конца трубы.

Станцию, как пишет отраслевая база, восстановили «в короткие сроки» и ввели в эксплуатацию в 1950 году. Отсюда разнобой в датах: Системный оператор ведёт отсчёт от первого гидрогенератора в 1949-м, отраслевая база — от промышленной эксплуатации в 1950-м.

Плотина в одиннадцать метров

Слово «ГЭС» рисует бетонную стену поперёк ущелья и водохранилище до горизонта. На Мзымте ничего подобного нет. Станция деривационная: она не запирает реку, а отводит часть воды в сторону и ведёт её по пологому пути, пока русло внизу продолжает падать. Разница высот и крутит турбины.

Плотина земляная, насыпная, длиной 96,7 метра и высотой 11,3 метра. Рядом бетонная водосливная, с двумя пролётами по двенадцать метров. Водохранилище, которое они образуют, — 0,3 квадратного километра, чуть больше сорока футбольных полей, и объёмом всего 0,03 миллиона кубометров.

Дальше вода идёт по длинному пути. Отстойник с грязеспуском (горная река несёт песок, а песок съедает лопатки турбин). Тоннель в 650 метров. Стальной трубопровод длиной 2750 метров и диаметром 3,2 метра, мост-акведук через саму Мзымту, уравнительная башня в тридцать метров. Потом здание станции и отводящий канал, по которому отработавшая вода возвращается в реку.

Та самая вода, которую потом видно с борта прогулочного катера у Имеретинского порта. Сколько грунта Мзымта сгружает в море за год, мы считали в разборе коричневой воды: отстойник эту цифру не меняет, он лишь придерживает песок, чтобы тот не прошёл через машины, и грязеспуском возвращает его в реку. А весной талая вода, прошедшая станцию, ложится на море тонким пресным слоем.

Бассейн, который копит воду на вечер

Самая неочевидная часть комплекса — бассейн суточного регулирования. Полный объём 0,346 миллиона кубометров, полезный — 0,084 миллиона. Ночью, когда город спит, вода в нём копится. Вечером, когда включаются кухни, свет и кондиционеры, её пускают на турбины. Справочники так и пишут: станция работает «в пиковой части графика».

Турбин три, каждая при полной нагрузке пропускает восемь кубометров в секунду, вместе двадцать четыре. Для сравнения: средний расход Мзымты у Кепши, на 27-м километре от устья, по Большой советской энциклопедии — 45,6 кубометра в секунду. То есть в пиковый час машины станции способны пропустить через себя объём, сопоставимый с половиной среднего стока реки в нижнем течении (в самом створе станции воды меньше — притоки ниже ещё не впали).

С 2005 года станции помогает соседка — малая ГЭС на притоке Бешенка, которая впадает в Мзымту на 42-м километре. Отработавшую воду с неё не выпускают в реку, а перебрасывают в тот самый бассейн, и она проходит через турбины второй раз. Ниже по долине вдоль реки с 2013 года идёт олимпийская трасса — её уложили прямо в русло.

Январь 2007-го: ток давала одна ГЭС

30 января 2007 года на побережье пришёл снежный циклон. Порывы до 25–30 метров в секунду и мокрый снег оборвали линии электропередачи, и без света, по сообщениям тех дней, в Сочи и пригородах остались около 400 тысяч человек. В зоне отключения, по тем же сводкам, оказались 97 школ и 120 детских садов.

Провода на магистральных линиях Большого Сочи порвались сразу в нескольких местах. А утром 31 января, когда питание начали понемногу возвращать, отключилась и Сочинская ТЭС: её второй блок не выдержал нагрузки.

И вот здесь станция 1949 года показала, зачем она нужна. Краснополянская ГЭС оказалась единственным объектом генерации в сочинском энергоузле, который в те дни сохранил работоспособность. Станция на горной реке, с напором в сто десять метров и без всякого топлива, пережила циклон, который положил и линии, и газовую станцию. Энергоснабжение восстановили 1 февраля. В справочниках это теперь записано прямым текстом: при авариях на горных ЛЭП станция даёт аварийное питание объектам жизнеобеспечения Сочи.

Каскад, которого не построили

Ещё до Олимпиады всё могло сложиться иначе. В инвестиционной программе «ГидроОГК» стоял проект трёх Сочинских ГЭС на Мзымте общей мощностью 135 мегаватт, со сроком окончания в 2012 году. Машинные залы собирались упрятать под землю. По части проектных наработок старую станцию при этом должны были разобрать.

От каскада отказались, в том числе по природоохранным соображениям. Похожая судьба у Краснополянской ГЭС-2 на 28 мегаватт: в 2007 году её думали ставить в шести километрах ниже старой станции, а в 2008-м признали экономически нецелесообразной. Раздел про хозяйственное использование в статье о Мзымте до сих пор обещает, что ГЭС-2 «планируется», — справочник отстал от жизни почти на два десятка лет.

Мощность, которая уменьшилась

Цифра 21,6 мегаватта — не проектная. В здании стоят четыре вертикальных агрегата, а работают три: один на семь мегаватт и два по 7,3. Четвёртый, тоже семимегаваттный, вывели из эксплуатации в 2016 году, и установленная мощность упала с 28,6 до нынешней.

Станцию при этом не бросили. В 1974–1976 годах заменили рабочие колёса турбин и направляющие аппараты, позже заменили и трубопровод. В 2012–2014 годах полностью реконструировали распределительное устройство на 110 киловольт.

Отраслевая база называет её единственной гидроэлектростанцией на Черноморском побережье Кавказа.

Где это видно с воды

Сама станция с моря не видна: до неё несколько десятков километров извилистой долины. Зато видно её реку. Выход из Имеретинского порта почти всегда идёт мимо устья, и граница речной и морской воды читается даже на ходу — по цвету и по мусору на кромке.

Что с этим делать, когда вы на борту. Попросите пройти вдоль кромки шлейфа, а не резать его поперёк: так видно, как мутная вода лежит поверх зелёной и не спешит с ней смешиваться. Ветки и щепа на границе — то, что река собрала по долине. После сильных дождей в горах шлейф вытягивается далеко, и красит его не станция, а склоны.

Купаться у самого устья не стоит: вода там холоднее и мутнее, чем в полумиле в сторону, а после паводка несёт топляк. Для остановки лучше уйти к чистой воде.

И вечером, на обратном пути, посмотрите вверх по долине, туда, где сходятся склоны. Если в этот момент в городе горит свет, часть его, возможно, пришла оттуда: в пиковые часы станция на Мзымте работает как раз на вечерний город.