Кипарис на прогулке в Сочи: крона, веточки и шишки

Кипарис на открытке — тёмная узкая свеча, прямая, как восклицательный знак. В природе он так почти не растёт. У дикого кипариса вечнозелёного ветви расходятся в стороны почти горизонтально, и крона получается широкой. Узкую форму люди отобрали и размножили за то, что она красиво стоит вдоль дорог и не занимает места.

Поэтому раскидистое дерево с тёмной хвоей в сочинском парке вполне может оказаться тем же кипарисом, что и колонна на соседней аллее. Вид один, облик разный. Различить их помогают веточка и шишка, а не силуэт.

Стриженые кипарисы вечнозелёные в парке Ретиро, Мадрид: ножницы меняют силуэт ещё сильнее, чем селекция. Фото: Mentxuwiki; Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0.

Две формы одного вида

Ботаники так их и записывают. В базе Университета Северной Каролины среди садовых форм кипариса вечнозелёного рядом стоят ‘Stricta’, та самая свеча, и ‘Horizontalis’ с простёртыми ветвями. Свеча при высоте в двадцать метров остаётся шириной метр-два: взрослое дерево можно обхватить взглядом, как столб.

Растёт кипарис долго и высоко, до 35 метров. Деревьям старше тысячи лет никто не удивляется, а кипарису в иранском Абаркухе приписывают около четырёх тысяч. Родина вида — восточное Средиземноморье и земли до Ирана, так что на Кавказе он гость, хотя и давний. Из тех же краёв и настоящие кедры: ливанский растёт в Турции, Ливане и Сирии, а на Кавказе все кедры посадил человек. В сочинском лесу кипарис сам не растёт, все здешние деревья кем-то посажены. Настоящий местный хвойный житель берега — пицундская сосна.

Шишка кипариса вечнозелёного. Фото: Liné1; Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0.

Веточка-шнурок и шишка-мяч

Иголок в привычном смысле у взрослого кипариса нет. Листья у него чешуйки длиной два-пять миллиметров, плотно прижатые к побегу, так что веточка похожа на зелёный плетёный шнурок. Если растереть её в пальцах, она сильно пахнет; из побегов гонят эфирное масло для мыла и духов.

Шишку ни с чем не спутать. Она похожа на маленький футбольный мяч: шар длиной два с половиной — четыре сантиметра, собранный из десяти-четырнадцати щитков, сомкнутых краями. Сначала мяч зелёный и плотный, потом буреет, и на это уходит почти два года: от опыления до зрелости проходит 20–24 месяца. На одной ветке поэтому висят сразу и зелёные шишки, и бурые, а старые подолгу не опадают.

Здесь же проходит граница с туей, с которой кипарис путают чаще всего. Чешуйки есть у обоих, но у туи и плосковеточника веточки сплюснуты в одну плоскость, как будто их прогладили утюгом, а шишки мелкие и вытянутые. У кипариса побег круглый в сечении и торчит во все стороны, а шишка круглая и деревянная на ощупь. Одного взгляда на ветку с шишкой хватает, чтобы не гадать по кроне.

Шишки и чешуевидные листья кипариса вечнозелёного. Фото: Lucarelli; Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0.

Дерево, которое плохо горит

У кипариса есть свойство, неожиданное для хвойного: в нём мало смолы, и он неохотно загорается. В 2012 году под Валенсией лесной пожар прошёл двадцать тысяч гектаров, и на его пути оказалась опытная посадка из 946 кипарисов двадцати двух лет от роду. Сгорело двенадцать деревьев. Этот случай с тех пор приводят как довод за кипарисовые полосы на пути огня.

В курортных городах его ценят за другое: за вечную зелень, за тень, которая не занимает тротуар, и за ту самую вертикаль. В Сочи кипарисы стоят рядом с пальмами, и оба дерева работают на один южный силуэт; сочинские пальмы тоже различают по листу и стволу, а не издалека.

На прогулке хватит одного простого опыта. Найти под кипарисом упавшую шишку, зелёную или бурую, и попробовать сжать её в кулаке. Она не поддастся, и после этого дерево уже не перепутаешь ни с каким другим.

Источники: North Carolina State University, Cupressus sempervirens; Kew, Plants of the World Online; Wikipedia, Cupressus sempervirens.