Как на Красной Поляне встали на лыжи за полвека до Олимпиады

Три бугельных подъёмника стояли на высоте от 540 до 750 метров над морем. Для снега это низковато, поэтому подъёмники сделали переносными: при нужде штангу можно было поставить выше. Бугель тянет лыжника за собой на тросе, без кресла и кабины. Так выглядела горнолыжная Красная Поляна в семидесятых годах, за сорок лет до Олимпиады. Республиканская детско-юношеская горнолыжная школа и база сборной на склонах Аибги появились в конце шестидесятых, и в апрельском номере журнала «Техника — молодёжи» за 1969 год о них рассказала директор этой школы.

Краеведы датируют создание школы 1 января 1968 года: тогда Комитет по физической культуре и спорту при Совете Министров РСФСР отвёл ей землю у села Эстосадок, на склонах возле ручья Ржаного. База задумывалась для сборной страны: по одной из версий, одной детской школе подъёмников и жилья не выделили бы, а тренировочному центру сборной выделяли.

Сначала облетели горы

Статья в журнале начинается с вопроса о числе вылетов: «Сколько их было, разведывательных вылетов! И летом, и зимой…» Комитет поручил изыскателям выяснить, можно ли осваивать район Красной Поляны под спорт. Подобные исследования в горах, как сказано в тексте, поставили у нас «на широкую ногу»: к спортивным специалистам присоединились учёные из проблемной лаборатории снежных лавин географического факультета МГУ. Три горы Аибги, «три сестры», облазали и в дождь, и в метель. Вылеты были не для красоты: по воспоминаниям участников первой поездки, зимой 1967 года дорогу к посёлку перекрыла обвалившаяся скала, и последний отрезок пришлось одолевать на вертолёте. Месяц ушёл на осмотр склонов, и выбор пал на те, что лежат у ручья Ржаного.

Хребет Аибга и пик Чёрная пирамида в сентябре 2014 года: зелёный склон, заросший рододендроном, поднимается к скалистой вершине (фото: Илья Бунин, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0)

Ответ оказался обнадёживающим. По журналу, зимой здесь «меньше двух метров не случается», а на самом хребте, на высоте 2400 метров, снег не тает круглый год. Когда зима приходит в горы сегодня, показывают даты первого снега на Красной Поляне.

Трассы выбирали по смете. Проектировщикам пришлось отказываться от «соблазнительных трасс, приготовленных самой природой», если те выходили дороже: искали маршрут, на который уйдёт меньше строительных затрат.

Три бугеля вместо проекта

Журнал рисовал большой комплекс. Мужская трасса скоростного спуска стартует на высоте 1550 метров, и спортсмен разгоняется до полутораста километров в час, а то и больше. Для женщин на Средней Аибге предусмотрен собственный скоростной спуск с мягким профилем: «наконец-то у них будет свой». Гигантский слалом сливается в полосу шириной семьдесят метров, а все дистанции заканчиваются на одной площадке. Рядом по плану трибуны на несколько тысяч зрителей, пансионат на пятьсот участников и стоянка для машин: площадка, по словам автора, настолько велика, что места хватит всем. На старте стартовые домики: судья вызывает по радио, и спортсмен уходит на трассу прямо с порога.

Горнолыжная зона «Горная карусель» над Красной Поляной, январь 2013 года: заснеженный склон, линия кресельного подъёмника и накатанные трассы (фото: Sergei Kazantsev, Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0)

Подъёмников намечалось две канатно-кресельных дороги и четыре буксировочных: за час они поднимали бы до отметки полутора тысяч метров 1600 человек. Автор тут же оговаривается: «Думается, такая мощность заведомо мала», ведь полюбоваться Кавказом захотят и туристы.

В действительности работало другое. Три переносных бугеля, вагончики для учеников и турбаза на земле у Эстосадка, где сегодня адреса сразу трёх курортов. Тренировки шли циклами: четыре дня на снегу, потом четыре на побережье, снова в горы. Спортсмены находились под медицинским наблюдением, а занятия длились до середины июля, пока снега на хребте хватало. В 1972 году, по краеведческой хронике, смонтировали четыре стационарных подъёмника чехословацкого производства. К Олимпиаде 2014 года в этих горах строили заново, а что осталось от тех олимпийских трасс сейчас, в журнале есть отдельный текст.

Гостиничный квартал в Эстосадке, июль 2013 года (фото: MartinPutz, Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0)

Когда уехали руководители

Школу подняли двое: директор и старший тренер. В середине семидесятых их перевели в Москву готовить летнюю Олимпиаду 1980 года, и у школы сменилось несколько хозяев. Комплекс передавали из одного спортивного общества в другое. Тренировки сборной на этих склонах прекратились: появились базы повыше, а на малой высоте снега хватало не всегда. Склоны стали доступны всем желающим.

Закрыли комплекс в 1992 году. В тот же год появилась компания, которая начала строить на этом склоне первый частный курорт; первые лыжники поднялись по его дороге в 1993-м. Проект 1969 года с пансионатом на пятьсот человек и трибунами так и остался в журнале. Трибуны для зрителей в те годы построили на побережье: стадион «Юг» в устье Бзугу начали возводить воскресником в 1964 году.

Строительные работы на хребте Аибга, август 2015 года (фото: SKas, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0)

Первая лыжня на целине

Журнальная статья заканчивается скромно. Проектируется новое здание школы с тренировочным залом и бассейном, а сама Красная Поляна «всё ещё снежная целина», по которой будущие мастера «уже проложили первую лыжню».

В тексте 1969 года есть и строка, которую тогда читали как мечту. Красная Поляна, пишет автор, сможет принять летающих лыжников, саночников и бобслеистов: специалисты прикидывают, где поставить трамплины и проложить санные трассы. Через сорок пять лет, в 2014 году, два трамплина, К-95 и К-125, встали на северном склоне того самого хребта Аибга.

Недостроенный трамплинный комплекс «Русские горки» в Эстосадке, июль 2013 года, на фоне лесистых гор (фото: MartinPUTZ, Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0)